В приготовлении и раздаче вегетарианских обедов на Привокзальной площади от благотворительной миссии «Пища жизни» еженедельно участвуют три-пять человек. Посильную помощь – руками, продуктами, транспортом – организаторы принимают от всех желающих. Впрочем, это не единственная в своём роде акция – до недавнего времени по воскресеньям еду бездомным раздавали участники движения «Еда вместо бомб», студенты-анархисты и вегетарианцы.

pan
9

-Нам банан и компот, – говорит мальчик с тёмными кудрями.

-И мне банан и компот, тётя, – добавляет смуглая черноволосая девочка.

-А можно мне ещё один стаканчик? – спрашивает другая, постарше.

-Это мне, это мне, – твердит мальчик, пока я наливаю напиток в пластиковый стакан.

Кто-то просит горячее и салат, кто-то забирает с собой фрукты и хлеб. Бананы разлетаются вмиг, как горячие пирожки, а яблоки не берут – пожилым нечем их жевать.

Волонтёров Максима, Александра и меня со всех сторон окружают люди – в основном это старики, некоторые из них бомжи с несвязной речью и поломанными носами, а кто-то одет бедно, но чисто и опрятно. Взявшаяся из ниоткуда толпа цыганок с детьми трещит о чём-то своём и выпрашивает еду так, словно им не дадут.

2

Пять литров компота и супа, несколько килограммов салата и фруктов исчезают за пятнадцать минут. Едят там же, сидя на скамейках Привокзальной площади. Те, кто приходят последними, забирают хлеб и салат. В конце остаётся только пакет с нарезанными яблоками, относим их цыганам. Хотим раздать, но дети хватают яблоки и говорят:

-Оставляйте всё здесь, мы одна семья.

Когда собираем вёдра из-под еды и пакеты, девочки машут и кричат «спасибо».

Садимся в машину и отправляемся обратно – мыть посуду, приводить в порядок кухню и обедать той же самой едой, отложенной заранее. В автомобиле резкий запах благовоний, музыка – мантра «Харе Кришна».

-Сегодня мы немного прогадали, – говорит Саша, – надо было побольше еды приготовить, так всё расхватали.

15
1

Александр, на вид хрупкий невысокий молодой человек, волонтёр в «Пище жизни» с марта, печёт хлеб и приносит его на раздачи. Работает детским тренером.

Максим – бывший бизнесмен, высокий бородатый мужчина за тридцать, крепкий и резкий. Его «контора» в Питере разорилась несколько лет назад. Вернулся летом в родной город, в раздаче участвует второй раз.

«Пища жизни» – одна из самых крупных в мире благотворительных миссий по раздаче вегетарианской еды. Действует в шестидесяти странах мира, уходит корнями в индийскую культуру. Её волонтёры-кришнаиты работают с беженцами, малоимущими, людьми, пострадавшими от военных конфликтов и стихийных бедствий. Раздают еду всем – вне зависимости от религиозной принадлежности, национальности и политических убеждений.

4
10

-Есть ли в Петербурге «Пища жизни»? – интересуюсь у Максима.

-Да. Только там очередь из волонтёров на месяц вперёд. И помощь они принимают, в основном, только деньгами.

В Саратове раздачи еды проходят два раза в неделю во вторник и субботу с половины первого до часу дня. Готовить начинают в девять-десять утра на маленькой кухне «Веда-центра». Друзья, знакомые и случайные люди привозят фрукты и овощи для следующих акций. Узнают, в основном, через социальные сети.

-Помощников пока хватает, – говорит Андрей, главный организатор. – Тем, кто у нас постоянно, стараемся давать больше ответственности, чтобы люди уже сами могли приготовить десятилитровую кастрюлю овощей или супа. Основной состав – это Ксения, Александр и Влад. Помощники всегда приветствуются, мы принимаем всех желающих. Но иногда всего два человека готовят, а бывало, что я один ездил на раздачу. Нам помогают, в основном, с отвозом-привозом еды, продуктами и небольшими пожертвованиями.

8

Яблочный компот и суп варятся на кухне справа по коридору. Он такой узкий, что в нём невозможно разойтись вдвоём, а на кухне и для пятерых места не хватит. Ксения, главный повар, мешает содержимое кастрюль и пробует на вкус. Меня сначала отправляет мыть руки, а уже потом вручает ножик и морковку. Максим шинкует капусту, режет картошку, Александр моет посуду в ванной.

На приготовление нескольких блюд уходит около двух-трёх часов. В двенадцать суп, компот и салат из солёной капусты должны быть готовы, а яблоки с бананами порезаны и сложены в пакеты.

-Какая у вас главная мотивация? – интересуюсь у Андрея. Он руководитель «Веда-центра», а потому с утра в делах, и приготовлением пищи не занимается. Его рабочее место – слева от входа, небольшой компьютерный стол и кресло.

-У нас есть потребность, а у них – запрос, – рассказывает он. – То есть мы хотим, а им надо. Покушать они, конечно, не откажутся – бесплатно ведь. Но для многих важнее то, что их замечают. Часто люди из незащищённых слоёв населения – одинокие старики, матери с детьми, инвалиды, чувствуют себя отделёнными от общества. Но когда к ним приходит кто-то из другой реальности с заботой и вниманием – это очень воодушевляет. У нас, здесь, кстати, то же самое – у этих людей свой мир. И эти миры как бы соприкасаются. У кого-то возрождается вера в человечность, приходит понимание, что люди могут быть людьми, а не просто частью биомассы, которая ездит на иномарках, а они – изгои общества, потому что если у тебя нет социального статуса – значит, ты, вроде как, никто. Это одна из причин.

-А другая?

-Для нас важно не просто накормить «абы чем». Мы даём немного другую, благостную пищу, готовим её с настроением служения. Для бомжей это не такая уж большая проблема – найти поесть, другое дело, что доставать еду тяжело. Но сейчас многим тяжело. Причина в том, что люди в нашем центре таким образом учатся помогать, служить бескорыстно. Вот просто взять, прийти, приготовить – зарплату же мы за это не платим. Одна из наших главных идей – трансформация личности через качества и знания. Но знание, которое в голове, – это не знание, а просто информация. Если ты знаешь, что хорошо бескорыстно помогать людям, но ничего для этого не делаешь – ты просто обладаешь информацией. Качества – итог наших действий, когда мы начинаем что-то делать, это как… – Андрей задумывается, старается подобрать слова.

-Как жернова? – подсказываю ему.

-Да, – соглашается он, – как трутся жернова, – он показывает движениями рук, – так происходит и с человеком. Качества не меняются от того, что ты прочитаешь книжку, посидишь дома, или тебе скажут, как должно быть. Мы прилагаем усилия и выходим из зоны комфорта, идём и что-то делаем, то, что, возможно, на первых порах кажется странным и необычным.

«Пища жизни» как благотворительная акция проходила в Саратове и в девяностые годы, но вскоре прекратила своё существование. Потому интересуюсь:

-Насколько сложно сохранять такую стабильность: каждую неделю по два раза собираться, готовить и отвозить еду на вокзал?

-Сложно, – соглашается Андрей. – Очень сложно не пустить всё на самотёк и подумать – да ладно, сегодня не сделаю, ничего не случится. Но мы учимся, с одной стороны, служить сами, а с другой – продвинуть эту ценность, вложить свой настрой в то, что готовим. Программа сама по себе может быть не значима – ну что там, двадцать бомжей пришли, казалось бы. Есть нормальные люди с чемоданчиками, портфелями, в туфлях, приходят просто покушать. Есть те, кто попал в трудную ситуацию, есть бомжи. Мы учимся видеть в них людей – да, бомжи, ну и что? Такие же люди, как мы, просто в другом положении находятся.

food

Кроме «Пищи жизни», раздачей бесплатных обедов занимались саратовские студенты-вегетарианцы, участвуя во всемирном движении «Food Not Bombs» или «Еда вместо бомб». На еду скидывались все вместе, готовили на кухне у друзей и знакомых, потом везли большие кастрюли с кашей и фляги с горячим чаем через полгорода на ту же Привокзальную площадь.

Идейная составляющая у них, правда, от «Пищи жизни» отличается. «Еда вместо бомб» – анархистское движение, основанное в Америке тридцать пять лет назад. На главной странице общероссийского движения FNB закреплена петиция о пересмотре законопроекта об уничтожении санкционных продуктов – одна из главных задач членов движения заключается в раздаче излишков еды с истекающим сроком годности из супермаркетов, продуктовых складов и бакалейных магазинов. Словом, всего того, что для употребления в пищу ещё пригодно, но уже выглядит неаппетитно и вообще может залежаться.

5034938_23232179_00000054

Волонтёры движения распространяют информацию о том, что на вооружение страны тратят миллиарды, в то время как миллионы их жителей живут за чертой бедности и ложатся спать голодными. За анархистские взгляды и слишком сильную поддержку беднейших слоёв населения, а также за привлечение внимания к проблеме бедности, волонтёры FNB часто вступают в конфликты с полицией, а их акции запрещаются.

Артём, студент и один из организаторов «Еды вместо бомб» в Саратове, рассказывает, что раздачи вегетарианских обедов они начали проводить два-два с половиной года назад.

Артем

Артем

— На одном из Free-маркетов разговорились с друзьями, появилась идея – сделать «Food Not Bombs» и в нашем городе. Сначала раздача, по большему счёту, носила идеологический характер и была попыткой «сказать» обществу о том, сколько людей живут за чертой бедности, и что можно помочь, жертвуя буквально сто рублей в неделю. Но спустя время начинаешь проникаться, и у тебя действительно появляется сострадание к этим людям. Общаешься с ними, понимаешь, что у всех в жизни бывают разные ситуации. Начинаешь относиться по-другому, а не просто: «Ну да, жалко, но я не могу помочь, потому что спешу на работу и мне вообще неинтересно, своих проблем много».

— Мы раздавали еду и листовки, к нам подходили люди и спрашивали, от какой это организации, – вспоминает Николай, худой высокий парень, один из бывших волонтёров «Еды вместо бомб». – Когда отвечали, что не от какой – не верили, переспрашивали, всё равно не верили. Ну не могли мы, по мнению многих, вот просто так собраться и пойти кормить бездомных на улице, привозить им вещи.

— А в чём заключалась твоя главная мотивация?

— Приятно было видеть, что люди улыбались, – отвечает парень, задумываясь. – Это имело отдачу, а не являлось просто антимилитаристской акцией. Люди были довольны. Почему анархистам и кришнаитам есть дело до бомжей, а другим нет? Ну, как, почему – наверное, не видят для себя выгоды. Может быть, боятся. И, возможно, ленятся. В тридцать-сорок лет человеку сложнее встать рано утром в воскресенье или разгрузить какой-то день в середине недели, чтобы на свои же заработанные деньги купить еду, приготовить её, привезти, да ещё и отдать просто так какому-то бомжу. Это, наверное, даже звучит странно.

Последний раз активисты FNB устраивали акцию в начале июня, до этого старались приезжать на вокзал раз в две недели.

— Со временем собираться стало сложнее, – делится Артём, – многие из организаторов либо разъехались, либо стали слишком заняты, да и энтузиазм всё-таки подугас.

Период, когда FNB только начали проводить акции в Саратове, Артём называет «золотым», говорит, у людей было воодушевление. В этом году им с едой и кухней помогало вегетарианское заведение «Рада и К», но будут ли новые акции – неизвестно. А пока волонтёры «Пищи жизни» всё так же, два раза в неделю, просыпаются рано утром, едут к девяти утра на Первомайскую, чтобы приготовить несколько кастрюль с едой и отвезти её на вокзал. И люди там ждут их в назначенное время.Л

Нравится8 Поделиться Поделиться Ретвитнуть