На прошлой неделе в Государственную Думу внесли законопроект, предусматривающий крупные штрафы (500 тысяч и выше) и уголовную ответственность до 2 лет за «неоднократное самовольное проникновение в подземные или подводные сооружения объектов». За то, чем чаще всего в России занимаются диггеры. А они, как рыбы без воды, не могут долго прожить без запаха резины и пыльных катакомб. Инициатива депутатов объяснима: проще запугать, чем усилить охрану закрытых объектов, куда может попасть любой школьник без специальной подготовки.

fallout

Проникновение будет считаться неоднократным только в случае, если задержанное лицо уже совершало административные правонарушения в течение последних двух лет. А после двух схожих нарушений (комбо) наступает уголовная ответственность. В августе этого года был предложен схожий документ с поправками в КоАп (Кодекс административных правонарушений). В нем также говорилось о немалых штрафах и аресте на срок до 15 суток. Его принятие инициировали те же депутаты: Дмитрий Вяткин («Единая Россия»), Андрей Лугов (ЛДПР) и Дмитрий Горовцов («Справедливая Россия»).

Тенденция к ужесточению законодательства появилась год назад, после прецедента с девушкой, оштрафованной за секс на служебной ветке московского метро. Тогда Дмитрий Горовец отстаивал необходимость санкций для диггеров в размере 20-30 тысяч рублей штрафа или ареста на 15 суток. Его предложение не было принято.

В 2012 году редакция 283 статьи УК «Разглашение государственной тайны» вызвала бурную реакцию в диггерском сообществе. Согласно её плавающей формулировке выходит, что любой человек, не имеющий доступа к гостайне, но тем или иным образом его получивший и разгласивший, может получить реальный срок. Диггеры, как правило, многостаночники – они и руферы, и исследователи городских пространств, и фотографы, и дизайнеры в одном лице. Наверное, больше чем заброшенные шахты и холодные бомбоубежища, они любят фотографировать все это. Предполагалось, что случайно зафиксированный на фото винт может оказаться сверхсекретной разработкой российских ученых. Случаев уголовного преследования для диггеров по этой статье пока не было.

Справедливости ради стоит отметить, что диггеры все-таки нарушают КоАп, их действия попадают под статьи 20.01 «Мелкое хулиганство» и 20.17 «Нарушение пропускного режима охраняемого объекта».

В Саратове и Саратовской области случаи административных штрафов нередки, наиболее известный из них – задержание группы диггеров и французского инженера на балаковском заводе Химволокно. Все закончилось мирно – посиделками с сотрудниками ФСБ у костра и рассказами о теплой французской осени. 

Smog выяснил у саратовских диггеров, согласны ли они с предложением депутатов и что они будут делать, если закон все-таки примут.

user_digger

Влад Клименко

Я начал заниматься диггерством, потому что это доступный экстрим. Самые настоящие, без преувеличения, приключения в пределах города. Когда-то давно я попал на тематические ресурсы, заинтересовался. Видел интересные фотоотчеты из самых недоступных мест. Понемногу начал увлекаться фотографией, подолгу смотрел на работы европейских и американских мастеров жанра в технике HDR. Мне хотелось так же, и я искренне рад, если кто-то, увидев работы в «Заваленном горизонте», захочет так же фотографировать, там же побывать. Заразить идеей, движением, пусть даже движением глубоко вниз – не смысл ли жизни?

Термин «диггерство», скорее, российский и давно вышел за рамки изучения только подземного пространства. А у них это называется «urban exploration» и больше связано с изучением заброшенных мест, реже разнообразных подземных речек, коммуникаций, метрополитена. Я, например, почти ни разу не видел в открытом интернете фотографий с действующих заводов, об оборонных и стратегически важных действующих объектах и речи не идёт. Полагаю, там вовсе нет людей, проникающих в такие места, что объясняется законопослушностью граждан и высокими штрафами. Либо они нигде не светятся и не публикуются. А вот у нас многие секреты родины сливаются в интернет. Вместе со всеми координатами и описанием.

Законопроект – логичная реакция законотворцев (и отчасти общественности) на то, чем мы занимаемся. Это обратная сторона медали. Все больше и больше людей хотят приобщиться к диггерству. К сожалению, адекватных персонажей среди них крайне мало, чаще это выскочки и позеры, которые совершают сомнительные выходки.

Но, тем не менее, штрафы в 500 тысяч и уголовные сроки – явный перебор. Может быть, такие сроки отпугнут самых юных и безыдейных представителей диггерского движения, которые не представляют серьезной угрозы. А другие либо будут рьяно отбиваться от охраны, либо после задержания начнут откупаться от охраны или сотрудников полиции.

Для борьбы с терроризмом нужно принимать предупреждающие меры, а важные подземные/надземные стратегические объекты необходимо охранять не с помощью огромных циферок штрафов и сроков в УК или КоАП, а совершенствуя меры и эффективность охраны, оснащая те же предприятия современными системами контроля периметра и пропускного режима. Так что эффективность нового запрещающего закона крайне сомнительна.

За все время нас задержали буквально пару раз. А происходило это в таких местах, которые еще нужно постараться подогнать под статью режимных объектов. Возможно, новый закон отпугнет поток новых нежелательных людей, что даже хорошо. Так что будем вдвойне осторожнее и аккуратнее. Ничто не сможет отнять у нас любимое дело, отнять любопытство и желание его удовлетворить.

user_digger

Дмитрий Воскресенский

Для меня диггерство – это хобби, и я занимаюсь этим, потому что мне действительно интересно все, что связано с подземными сооружениями в Саратовской области и не только.

Самые интересные из саратовских подземных объектов – это ранее действующие командные пункты на случай ядерной угрозы. Один из них – легендарный бункер на Театральной площади. Это самый главный объект в нашем городе, откуда в случае ядерной войны чиновники продолжили бы нести службу. На самом деле любой объект является интересным, если диггер попадает в него впервые. И не важно, что это – гнилое бомбоубежище без гермодверей или отлично сохранившийся штаб.

В законопроекте есть свой плюс и свой минус. Плюс в том, что останутся люди, преданные своей идее, а школьники и мародеры прекратят этим заниматься из-за огромных штрафов. Или же наоборот: будет страдать охрана. Ведь неопытный человек, совершивший проникновение на охраняемый объект, при виде охраны будет делать все возможное, чтобы от нее отбиться. А отморозков у нас много.

Если закон примут, я буду продолжать заниматься своим делом, но намного осторожнее. Я уверен в себе, зла никому не желаю. Все, что мне нужно, – это подземные сооружения, а не то, что находится внутри них. А что касается охраны, бегаю я быстро, за годы натренировался.

user_digger

Никита Бобровский

Я люблю индустриальные пейзажи и подземелья, и вообще места, где редко бывают люди. Они гораздо интересней, потому что менее попсовые. Особенно приятно открывать дверь бомбоубежища и чувствовать запах резины, противогазов и химзащиты. Пространство замкнутое, и запах очень стойкий. Самое интересное подземное сооружение в Саратове было на Авиационном заводе. Но его больше нет. Есть пара интересных речек под городом и еще пара бомбоубежищ, про которые не стоит говорить.

Мне кажется, что метро – это не место для посторонних, хотя я бывал в нижегородском. Потому что если кто-то проникнет внутрь с плохими намерениями, то пострадает много людей. Я не вижу ничего страшного в том, что кто-то куда-то залез и что-то сфотографировал! Никому никакого вреда это не приносит. Диггерство в нашем городе умерло около трех лет назад, когда разные левые люди начали ходить на объекты и воровать оттуда все подряд.

Если закон примут, я буду продолжать! Еще никто не смог нас поймать! И сами инциденты с погонями крайне редки. В 99% случаев наша команда невидима для всех, и это наш основной принцип. В остальном, я никого не убиваю и ничего не краду, не врежу обществу, и моя совесть чиста. Если же говорить о государственной тайне, то никто из моих друзей никому не рассказывает о местонахождении бомбоубежищ и способах попасть в них. Никакой угрозы нет.

user_digger

Виталий Крышин

Диггерство – не просто интересное занятие, это современная городская культура, которая меня интересует, в том числе как документалиста. Сейчас я набираю материал для фильма об урбан эксплорейшене. Это будет такой взгляд изнутри сообщества на провинциальную диггерскую жизнь.

Меня привлекает неизведанность и надежда увидеть что-нибудь эпичное. Огромные гермоворота или какие-нибудь устройства, как на секретных базах в фильмах про Джеймса Бонда. Вдруг под Театральной площадью есть танки? Просто кто-то ходит по клубам, а другие лазают под землю. В каждом городе есть такая «подземная» тусовка, и мы на своей волне. Самое большое бомбоубежище было на САЗе, но его распилили на металл. После того, как я увидел объекты в других больших городах, в укекских штольнях уже не так интересно.

Подобные законы действуют в других странах, например, в Англии или Америке, и это не останавливает диггеров, они всё равно отправляются туда, где их не ждут. Если у нас примут этот закон, надеюсь, к тому моменту я уже досниму свой фильм и перестану диггать, буду ходить с девушкой по музеям. Может, отправлюсь в путешествие, охота посмотреть мир. Саратов – хороший город, но улочки приелись, вот и лезем под землю.

user_digger

Владимир Лиров

Для меня диггерство и руфинг – что-то большее, чем просто развлечение и хобби. Это образ жизни: ты идешь по улице и понимаешь, черт возьми, чувак, а ведь под этой улицей катакомбы. Ощущения от проникновения в закрытые объекты невозможно передать, это надо ощутить самому. Ты спускаешься по темной улице вниз в бомбоубежище, открываешь гермодверь и не знаешь, что за ней – разграбленный склад или действующее бомбоубежище. Ощущение таинственности не отпускает, пока ты не выйдешь оттуда. Когда я впервые попадаю в бомбоубежище, то сразу ищу календарь, чтобы узнать, когда здесь остановилось время. Остановилось лет 20 назад, и ты являешься первым человеком за 20 лет, который посетил это место. Я понимаю, что то место, где я сейчас нахожусь, видели немногие. Что некоторые об этом даже не знают.

Мы не угрожаем ничьим женам и детям, не рискуем другими людьми, единственные, кому мы можем навредить, так это самим себе. Скоро «1984» Оруэлла воплотится в реальность, полиция мыслей и прочее. На мой взгляд, эти законы, все эти правила делаются лишь для того, чтобы у нас не осталось ничего кроме работы, дома, семьи и ипотеки, чтобы все люди стали одинаковыми, клерками. Ведь так проще ими управлять. Мне не хочется, чтобы мною кто-то управлял. Меня не заставят бросить это дело ни штрафы, ни тюрьма. Если бы не мое увлечение, у меня бы не было всех моих друзей, а с девушкой мы познакомились, гуляя по крышам.

По просьбе некоторых героев материала их имена и фамилии были изменены.

Нравится8 Поделиться Поделиться Ретвитнуть